Авторское право 2.0: перезагрузка или отмена?
В середине марта на Федеральном портале проектов нормативных правовых актов появился законопроект «Об основах государственного регулирования сфер применения технологий ИИ в РФ», который вызвал неоднозначную реакцию правообладателей. На протяжении полутора лет креативные индустрии занимали активную позицию в отношении правового регулирования ИИ, вносили ряд конструктивных предложений, однако финальный вариант законопроекта озадачил многих: его положения легализуют свободное использование охраняемых произведений для машинного обучения без согласия правообладателей и без выплаты вознаграждения.
Кроме того, предлагаемое законопроектом приравнивание генеративного контента к результатам творческого труда нивелирует роль человека в создании культурных ценностей. Легализация оборота «синтетической» литературы, созданной на основе нелицензированного использования произведений российских авторов, подрывает экономические основы существования писательского труда и лишает мотивации к творчеству тысячи людей. Законопроект вступает в противоречие с задачами, поставленными в Концепции развития творческих (креативных) индустрий, направленной на увеличение доли креативного сектора в экономике и рост занятости в творческих профессиях.
Возможные последствия обсудили эксперты дискуссионной площадки «Авторское право 2.0: перезагрузка или отмена?» на non-fiction Весна.
Как отметил генеральный директор Национальной федерации музыкальной индустрии Никита Данилов, рост доли генеративного контента в цифровых сервисах и использование его в рекомендательных алгоритмах уже сейчас приводит к снижению выручки правообладателей, издательств, артистов, авторов, композиторов, продюсеров и других субъектов креативной экономики.
– К примеру, уже до 50% от новой музыки, загружаемой в стриминговые сервисы, – полностью генеративный контент. До 20% от общего количества треков в топ-чартах российских стриминговых сервисов – ИИ-композиции. При этом авторы ИИ-контента получают вознаграждение от сервисов, не инвестируя в творчество, – подчеркнул эксперт
Роль человека остаётся основополагающей для создания контента и защиты авторских и смежных прав. Для создания произведений необходим творческий вклад человека. Из этого следует, что контент, созданный целиком с помощью ИИ без участия человеческого творчества, не должен быть защищён как объект интеллектуальных прав, считает Никита Данилов.
Необходимо учитывать разницу между обучением человека и системы ИИ, полагает эксперт. Система ИИ не является субъектом права и потребителем контента. Если речь идёт об обучении человека на книгах и иных объектах интеллектуальной собственности, то такие объекты необходимо приобрести. Платным является и образование (за него платит либо сам обучающийся, либо государство). При этом сомнительным является аргумент технологических компаний, согласно которому системы ИИ обучаются на всём доступном контенте в Интернете, поэтому согласие получить невозможно. Количество объектов интеллектуальной собственности (книг, музыкальных треков, фильмов) ограниченно. Такие объекты консолидированы в Российской Федерации всего у нескольких десятков правообладателей. Таким образом, что для крупных ИТ-компаний нет проблемы заключить несколько десятков договоров, считает эксперт.
Особую тревогу вызывает правовая конструкция, избранная разработчиками, подчеркнул член правления Ассоциации по защите авторских прав в Интернете (АЗАПИ) Максим Рябыко. Часть IV ГК РФ (в частности, ст. 1228) устанавливает неразрывную связь авторства с творческим вкладом человека, однако законопроект предлагает «обходной манёвр» — введение особых режимов (регуляторных песочниц), де-факто легализующих оборот объектов, созданных без участия человека. Подобный подход провоцирует ситуацию правовой неопределённости, при которой положения ГК РФ формально сохраняют силу, но специальное регулирование позволяет их игнорировать.
В России крупнейшие ИT-холдинги являются одновременно разработчиками ИИ-систем и владельцами цифровых сервисов по дистрибьюции контента. То есть одни и те же компании будут создавать ИИ-контент, а затем монетизировать его через цифровые стриминговые сервисы, поскольку такой контент будет являться охраноспособным. Это прямой путь к монополизации рынка по дистрибьюции контента пользователям, а также к формированию монопольных экосистем по генерации и дистрибьюции ИИ-контента.
– Необходимо разделять информацию и контент. Информация, на которой обучается ИИ, для того чтобы реализовывать наукоёмкие технологии, это двигатель прогресса, а если говорить о творческом контенте, – это замещение, что означает выпадение доходов, – подчеркнул эксперт.
По словам Геннадия Уваркина, разработчики законопроекта запланировали революцию в сфере интеллектуальной собственности.
– Автоматизированная система признаётся творцом. Есть небольшая надежда, что это техническая ошибка, либо элемент дальнейшего компромисса в обсуждениях, а не осознанный отказ от вековой гуманистической концепции авторского права, предполагающей, что создателем может быть только человек, в пользу трансгуманистического мировоззрения. Остаётся надеяться на то, что регулирование интеллектуальной собственности осуществляется Гражданским кодексом РФ (а не любыми законами), и на положения Конституции, закрепляющие гарантии свободы литературного, художественного, технического и других видов творчества для каждого человека.
Другой важный вопрос – доступ к данным для обучения нейросетей.
Законопроект предлагает радикально решить вопрос – разрешить извлечение информации из объектов, защищённых авторскими или патентными правами, при условии, что объект был доведён до всеобщего сведения и (или) доступен для анализа (то есть почти всегда). Такое решение невозможно без внесения изменений в ГК РФ, чего законопроект не предполагает, отметил эксперт.
Роман Лукьянов, управляющий партнёр юридической компании «Семёнов и Певзнер», председатель Комиссии по правовой поддержке развития креативных индустрий «Ассоциации юристов России» отметил, что законопроект направлен на коммерческие интересы, но не правообладателей. Всё авторское право выстроено вокруг человека, основная идея в том, что только он может создать творческий результат, всё остальное – имитация. Результат всегда связан с личностью, машина субъектом быть не может.
– Попытка представить её творцом опасна не только для правообладателей, но и для общества. Зачем обучаться творчеству? Это сложная деятельность, которая требует каких-то особых данных, даже физиологических. Теперь это не нужно. Законопроект античеловечный, по большому счёту, – заявил эксперт.
Сам по себе технологический прогресс – это не благо, оно происходит тогда, когда им пользуется широкая общественность, отметил Роман Лукьянов.
Евгений Капьёв, генеральный директор издательства «Эксмо», считает, что авторы перестанут писать, если всё будет закачано в ИИ бесплатно. Таким образом можно обнулить развитие интеллектуальной сферы, особенно в отношении non-fiction, да и художественной литературы.
Кроме прочего, есть ещё один тупик – в экспертизе рекомендаций нейросетей. Ни один эксперт с российскими нейросетями работать не будет: у него отобрали контент, а теперь предлагают оценить рекомендации. Очевидно, через несколько лет никто не сможет отличить контент, созданный ИИ, от авторского. Возможно, в таком случае получит распространение закрытые экосистемы, где будет дистрибьютироваться книжный контент.
Можно попытаться применить к держателям нейросетей механизм принудительного лицензирования, но есть нюансы. Директор ассоциации УПРАВИС Эрик Вальдес-Мартинес подчеркнул, что этот институт работает индустриально: есть сферы, в которых можно его применить, например музыка.
– Радиостанции не могут обратиться к каждому правообладателю. Что касается ИИ, то там очень много объектов: помимо музыки и книг игры, объекты дизайна, архитектурные проекты. И когда говорят о том, что держатели нейросетей должны договариваться с правообладателями, возникает вопрос, с какими: мы знаем игроков книжной индустрии, музыкальной отрасли. Но как договориться с архитекторами, дизайнерами, фотографами? Надо понять, как можно договориться с правообладателями и защитить их интересы.
Как отметили эксперты, законодательство зарубежных стран (Китая, ЕС, других регионов) идёт по пути необходимости получения согласия правообладателей на обучение моделей ИИ. Такой же модели следует и судебная практика. Например, в результате судебного процесса между генератором ИИ-музыки Suno и крупнейшим международным лейблом заключён договор о необходимости использования исключительно лицензионного контента для обучения ИИ.
При этом крупнейшие международные ИИ-сервисы и системы уже переходят к модели лицензирования контента с правообладателями.
Законопроект же, напротив, может сформировать режим «бесплатного сырья» для обучения таких систем и сервисам. Это приведёт к следующим последствиям:
- российский креативный каталог будет использоваться для обучения ИИ без компенсации, в то время как зарубежный каталог — монетизироваться через лицензионные сделки;
- возникнет конкурентное неравенство между российскими и международными правообладателями;
- экономическая ценность российского контента будет извлекаться за пределами страны без возврата доходов в национальную индустрию;
- стимулы к созданию и инвестированию в новый контент будут снижаться, поскольку правообладатели не участвуют в формировании новой стоимости на базе их произведений.
Законопроект фактически закрепляет модель, при которой российский контент становится источником данных для глобальных ИИ-систем без справедливого вознаграждения, что подрывает устойчивость и развитие креативной индустрии.
Подробности – в третьем номере журнала «Университетская КНИГА».
Рубрика: Креативный контекст
Дата: 11-04-2026
Теги: Авторское право Интеллектуальная собственность Искусственный интеллект (ИИ) Нейросети Креативные индустрии Законодательные инициативы Никита Данилов Максим Рябыко Геннадий Уваркин Роман Лукьянов Евгений Капьёв Эрик Вальдес-Мартинес Non fiction